Сайт Відділу документів з мистецтва є частиною бібліотечного порталу lib.kherson.ua
Новини
17.10.2017 12:33

«Ти – моя мелодія»
«Муслім Магомаєв завоював популярність раптом, відразу. Популярність величезну і надовго...»....

10.10.2017 11:49

Перегляд фільму "Дикун"
Цієї неділі в рамках молодіжного клубу любителів кіно на «Казковому диванчику» відділу мистецтв...

05.10.2017 07:10

Біля витоків "Запорожців" І. Рєпіна
До 525-річчя українського козацтва працівники відділу мистецтв підготували виставку однієї картини «Біля...


Гість | Увійти
Версія для друку

Бестужев-Лада, Игорь Васильевич. Открывая Высоцкого / И.В. Бестужев-Лада. - М.: Знание, 1988. - 63 c.

В трудные годы застоя нашего общества смело звучал голос замечательного советского поэта В.С. Высоцкого, сумевшего выразить в своем творчестве гражданские и нравственные устремления добрых, честных и совестливых сил народа. Анализируя ведущие направления поэзии Высоцкого, автор показывает ее воздействие на состояние общественных нравов.

Вашему вниманию представляем часть статьи из этой книги.

Что-то воздуха мне мало, ветер пью, туман глотаю,
Чую с гибельным восторгом: пропадаю, пропадаю!
….....................................................................................
Сгину я, меня пушинкой ураган сметет с ладони,
И в санях меня галопом повлекут по снегу утром.
Вы на шаг неторопливый перейдите, мои кони,
Хоть немного,  но продлите  путь  к  последнему  приюту!
Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!
Умоляю вас вскачь не лететь.
Но что за кони мне попались, привередливые?!
Коль дожить не успел, так хотя бы допеть!
Я коней напою, я куплет допою,
Хоть мгновенье еще постою на краю...


Могила Высоцкого на Ваганьковском кладбище — менее чем в километре от моего дома. По дороге на работу или с работы я иногда иду не прямо к станции или от станции метро «Улица 1905 года», а делаю крюк и минуту-другую издали смотрю на Бронзового Поэта, возле которого всегда вечно прощающиеся с ним люди, много людей, и всегда — круглый год — море цветов. Складки савана, в который обернут стоящий Бронзовый Поэт, напоминают веревки, которыми привязывали к столбу обреченных на сожжение. Гитара над головой барда вознесена таким образом, что образует как бы нимб святого великомученика. За спиной, с одной стороны, то ли крылья, возносящие его ввысь, с другой — то ли кони, уносящие его вдаль. Те самые, привередливые, которые отказались перейти на неторопливый шаг и долгими годами влачить хозяина к бренной славе, почестям, званиям и регалиям, сытому благополучию и сонному довольству, которые пронесли его буквально метеором по мрачной ночи застоя 60-х и 70-х.
«Привередливые кони» на надгробном памятнике поэту сделались чем-то вроде его именного герба, потому что песня под этим заглавием явилась его нерукотворным памятником, пожалуй, наиболее емким выражением сути его творчества. Пожить и дожить он явно не успел. А вот успел ли допеть? Думается, что успел многое, очень многое, раз стал самым значительным явлением советской художественной культуры на многие годы, да еще в такие непростые, застойные. Хотя жаль, конечно, что не смог он чувства добрые пробуждать своей лирой в 80-е и не сможет в 90-е. Думается, за темами для песен дело бы не стало, а глагол его жег бы сердца людей все так же.
В чем сила творчества Высоцкого? По моему разумению, в том, что он не воспарял в эмпиреи отвлеченных этических максим, мало кого интересующих, и не топтался в прописных моральных истинах, сводящих челюсти судорогой от зевотной скуки. Не разменивался он и на мелочевку личных переживаний и персональных наблюдений и уж, конечно же, не тонул в пустословии модной в течение стольких десятилетий псевдопоэтической риторики, и лирической и эпической. В том, что, образно говоря, чуть ли не в каждой своей песне обязательно читал людям мораль — взывал к уму и сердцу человека, к его совести или хотя бы к чувству юмора, но делал это не занудно, как повелось обычно, а предельно конкретно: через отображение какого-то очень зримого события военных лет или лет застоя, нередко даже квазисказочного, якобы фантастического. И именно потому, что взывал к совести не вообще, а по данному типичному случаю, случай этот перерастал рамки случайного, рамки конкретного времени и места, становился интересным для всех, не оставлял равнодушным никого. Вот уж поистине соцреализм! Коротко говоря, почти каждая песня Высоцкого — как притча, которая понятна каждому и становится «кирпичиком» в формировании нравственной атмосферы общества.
Не знаю, понятны ли песни Высоцкого, могут ли они трогать сердца людей в переводе на языки народов других стран мира: слишком уж велика и сложна специфика социальной действительности нашей страны времен застоя. Но думается, что понятна, что могут. Разве меньше была специфика творчества выдающихся поэтов всех времен и народов? Вот только как быть со спецификой его голоса, через который на крайнем напряжении эмоций рвалась навстречу душам слушателей душа поэта... Читайте продолжение в этой книге.

Вхід